Интервью с Дианой Филиной

Диана Филина окончила бакалавриат и магистратуру ФМЭиМП, и с момента выпуска успела поработать в таких компаниях, как Rocket10, Mail.ru Group и VK, а месяц назад перешла в стартап Bidease. Об учёбе на восточке, многогранном опыте работы, а также советах востоковедам, которые проявляют интерес к рекламной индустрии и работе с IT компаниям – читайте в интервью!

— Диана, Вы окончили бакалавриат образовательной программы «Востоковедение» факультета МЭиМП и затем поступили к нам же в магистратуру на программу «Социально-экономическое и политическое развитие современной Азии» (сейчас – «Современное востоковедение»). Почему решили пойти именно на эту специальность и какие мысли у Вас после выпуска? 

— К сожалению, несмотря на все мои старания, у меня были не очень высокие баллы ЕГЭ, и я никуда не прошла на бюджет из «специальностей мечты» – больше всего я хотела в МГИМО, вторым был ИСАА. Вышка была для меня «запасным» вариантом. Когда ты только заканчиваешь школу, непроизвольно выбираешь направления с «сильным» брендом, а программа «Востоковедение» тогда только второй или третий год как открылась в НИУ ВШЭ. 

Не буду лукавить, поступила я благодаря скидке на обучение 70%, в МГИМО я прошла только на платное отделение (повезло, что вообще сдала их внутренний экзамен). Стоимость в МГИМО была дороже и вероятность перевестись на бюджет была минимальной. Вышка же всегда предлагала прозрачную систему скидок и регламенты перевода на бюджет. Это меня очень сильно расположило – было приятно, что всё зависит именно от твоих усилий, а не случая. После 3-го курса я поехала на стажировку в Шанхай по стипендии правительства КНР будучи студентом со 100% скидкой, бюджетных мест тогда не было. 

Я пошла на «Востоковедение», не до конца понимая, что это такое. Моим основным стремлением было учить языки на высоком уровне, и плюсом стала возможность выбирать язык. На тот момент руководитель Школы Востоковедения Алексей Александрович Маслов говорил: «Востоковед – это специалист широкого профиля». Мы все дружно шутили, что не понимаем, что это такое. Карьерных карт тогда не существовало, и понять, куда свой «широкий профиль прикладывать», было сложновато. 

Преподавание меня не манило, на госслужбу идти не хотелось, а нужны ли бизнесу специалисты-востоковеды со знанием китайского – было непонятно. Оказалось, что с руками отрывают! 

О своём выборе я ни секунду не жалела – благодаря высокому уровню китайского, моя первая работа нашла меня ещё до того, как мне официально вручили диплом об окончании бакалавриата.

Я пошла на «Востоковедение», не до конца понимая, что это такое. Моим основным стремлением было учить языки на высоком уровне, и плюсом стала возможность выбирать язык. 

— Почему Вы решили продолжить свое образование после бакалавриата на ФМЭиМП? По какому принципу выбирали программу?  

— Продолжить учёбу предложил мой научный руководитель. К выпуску в бакалавриате я подготовила методологический базис исследования количественными методами политического нарратива Коммунистической партии Китая. Поэтому поступление в магистратуру стало закономерными решением. На тот момент я не отбрасывала для себя исследовательскую карьеру.  Так как я уже начала работать, и мне понравилось – в магистратуру документы к поступлению я готовила левой пяткой и была последней в списке поступления на бюджет. Отвертеться уже не получилось – родители настояли, говоря: «Бакалавриат» – неполное высшее».

Самым большим плюсом для меня стало то, что обучение было полностью на английском языке. Это повысило мой уровень языка и дало большой рост в критическом понимании англоязычных источников – в бакалавриате мне этого не хватало. Также была приятно удивлена, что у нас были однокурсники из других стран. Я привыкла к международному окружению на стажировке в Китае, и последний год бакалавриата мне не хватало «микса культур».

— Был ли у Вас любимый курс или преподаватель? 

— Любимых преподавателей было много – из «широкого профиля» больше всего запомнился курс по истории религий Анны Алексеевны Рогожиной. Для меня после обычной общеобразовательной школы это было значительное расширение кругозора и терпимости. Очень нравились курсы по истории Древнего Китая Юркевича Александра Геннадьевича – у него всегда получалось очаровать первокурсников сложностью смыслов китайской культуры. Из курсов в магистратуре мне запомнились лекции по современному Китаю Алексея Александровича Маслова, а с Хуаном Лиляном мы до сих пор обмениваемся поздравлениями на все праздники. 

Оглядываясь назад, я не понимаю, откуда у меня было столько сил приезжать к 9:00 на работу, не обедать, отпрашиваться раньше, торопиться и все равно опаздывать на пары, делать все домашки и писать магистерскую по ночам. Это дало мне устойчивость и понимание того, что я могу успеть всё – лишь бы было желание. 

— Поговорим о Вашем опыте работы с китайскими разработчиками. Какие культурные различия Вы заметили при сотрудничестве с ними? Как это повлияло на коммуникацию в рамках работы? 

— Для меня было удивительно, что китайские клиенты (по большей части – разработчики мобильных приложений и игр) в целом нуждаются в российской экспертизе для своих целей, и это очень льстило. Я понимала, что работаю с крутыми специалистами и могу многому у них научиться. Также меня очень впечатлили инвойсы (прим. ред. – англ. «invoice», рус. «счет на оплату товара»), которые я выставляла в конце каждого месяца – так я поняла, что индустрия рекламы и особенно рекламы мобильных приложений – то место, где можно хорошо зарабатывать.

Ниша очень узкая. Широкому потребителю не понятно по каким законам существует индустрия, каких усилий требует развитие и продвижение мобильных приложений, не говоря о том, как тяжело окупить такие затраты на разработку и маркетинг.

С китайцами именно работать, а не есть лапшу в университетской столовой, было тяжеловато. Это B2B бизнес с большими чеками, поэтому пришлось быстро учиться магии «клиентского сервиса» – делать, как удобно клиенту, обхаживать его и предугадывать его требования. Мне повезло иметь хороших наставников, которые всегда были готовы поддержать меня, но и навыки, подаренные мне Вышкой вроде «самостоятельно разберись в теме Х за 3 часа до дна айсберга» были базой, на которой я росла как специалист. За 2 года я доросла до старшего менеджера, и мне уже доверяли наставничество над младшими сотрудниками. 

Из вызовов отмечу удалёнку. Это был мой первый опыт, когда все твои коллеги не выпуклые, а какие-то картинки в мессенджере. Не говоря уже о том, что нельзя попить с ними кофе или сходить в столовку. Дистант был тогда новой реальностью, но видеть в ZOOM людей, с которыми ты пережил несколько корпоративов, – это одно, а сразу вливаться через асинхронную письменную переписку – другое.

Вторым большим вызовом для меня стали масштаб и процессы – то, что раньше решалось простым разговором в опенспейсе, могло неделю согласовываться несколькими стейкхолдерами. Мне долго пришлось привыкать к тому, что всё нужно планировать заранее. Благодаря этому очень расширился мой горизонт личного и карьерного планирования. Я научилась планировать – что я хочу успеть за год, и в какую точку B прийти? Сейчас в личном планировании у меня есть задачи с горизонтом в 5 и 20 лет. 

— В 2022 году Вы участвовали в запуске платформы VK Реклама. Какие ключевые обязанности приходилось выполнять? С какими сложностями пришлось столкнуться?

— Запуск любого продукта на рынок ощущается как вылет твоего детища из родных пенат. Несмотря на то, что у меня не продуктовая, а коммерческая функция, коллеги всегда прислушивались ко мне как к эксперту по мобильным приложениям – у меня был опыт работы с конкурирующими платформами. Наша VK Реклама была большим коллективным детищем, и мы искреннее за неё переживали.

Первый продукт внутри VK Рекламы, который стал доступен широкому кругу пользователей, – это реклама мобильных приложений. Мы с командой запускали закрытые тесты с партнёрами, собирали и агрегировали обратную связь и фичареквесты (прим. ред.  – анг. «feature request», рус. «запросы функций»). Как первопроходцы мы начали готовить базу знаний по новому продукту, обучать рынок и коллег. К концу 2022 года уже сформировалась функция Customer Success, и мы перестали быть просто менеджерами по работе с клиентами (то есть, бутиковой поддержкой для крупных рекламодателей), а постепенно переходили к стратегическому развитию партнерства с топ-50 рекламодателей российского рынка. 

Своей основной задачей я ставила развитие своих тимлидов – мне хотелось передать им тот опыт, который я получала сама, набивая шишки.

Уровень сложности рос, и новым вызовом для меня стало развитие команды – меня сделали руководителем отдела Customer Success, и мои бывшие коллеги стали моими подчинёнными. Это был достаточно сложный период перестройки, но, благодаря поддержке и, не в последнюю очередь, корпоративным программам подготовки руководителей, я отлично справилась. Последние 1,5 года я была уже руководителем руководителей – команда разрослась и её пришлось разделить по функционалу. Своей основной задачей я ставила развитие своих тимлидов – мне хотелось передать им тот опыт, который я получала сама, набивая шишки. 

— Расскажите подробнее о своём новом опыте работы в стартапе Bidease. Почему Вы решили перейти туда после крупных проектов? Чем отличается работа в стартапе от работы в компаниях вроде VK? 

— Работа в стартапе или бутиковой компании – это совершенно другой ритм и подход. После четырёх лет в IT корпорации мне стало интересно попробовать себя в более динамичной среде, где решения принимаются быстрее, процессы гибче, а зона ответственности шире – мне хорошо дается принятие решений в условиях неопределённости и разгребания последствий. Поэтому я приняла решение перейти в ADTech-платформу Bidease, основной фокус которой на performance рекламе и передовых технологиях машинного обучения для максимизации эффективности маркетинговых кампаний. 

В VK я работала в структурированной системе, где были выстроены процессы и распределены роли. В стартапе же приходится действовать намного быстрее, брать на себя больше ответственности и сочетать стратегическое видение с операционными задачами. Для меня этот переход – возможность увидеть бизнес с другой стороны и чувствовать себя ближе к роли product owner, глубже понять современные рекламные технологии. Кроме того, я всегда стремлюсь к развитию, и стартап дал мне новую перспективу на клиентский опыт и масштабирование бизнеса.

—  Как Вы видите будущее для юных востоковедов в России? Какими качествами, на Ваш взгляд, должны обладать ребята, которые только начинают свой путь на этом направлении? 

— Я была очень рада увидеть, пообщавшись со своими менти в рамках программы менторства ФМЭиМП, что за их будущее можно не беспокоиться. Ко мне в рамках программы приходили и первокурсники, и второкурсники – очень завидую их рвению к внеклассным активностям. Мне в их время было слишком страшно выглядывать куда-то за пределы университетской скамьи. У менти уже были свои пет-проекты – а это значит, что их университетский опыт можно красиво упаковать в резюме, у них уже есть навыки.

В моей работе всегда было видно выпускников Вышки за версту – соблюдение строгих дедлайнов и умение доводить начатое до конца – это очень ценные навыки в нашем мире лавандового рафа. Востоковедам и всем молодым специалистам отдельно я бы посоветовала волевым решением развивать любознательность, умение из деталей строить полную картинку (пресловутый helicopter view) и критическое мышление. Без этих навыков будет сложно выживать в нашу эпоху, когда много легкодоступной информации, чёрное можно называть белым, и каждый источник обслуживает определённую точку зрения.

В современном мире очень много возможностей как для вертикального, так и для горизонтального роста, но мне всегда была близка стратегия фокусировки на своих сильных сторонах и зонах экспертизы, а не попытки быть средненьким специалистом, зато во всем и сразу.

— Какой совет Вы бы дали выпускникам, чтобы они могли успешно адаптироваться к быстро меняющемуся рынку труда? Что важно учитывать при выборе карьеры после университета?

— Я бы посоветовала критически смотреть на набор своих навыков и предрасположенностей – глупо закапываться, например, в интровертные профессии, где ты проводишь 8 часов, глядя в Excel, когда ты можешь черпать энергию из общения с людьми и быть сильно успешнее в развитии бизнеса. Университет – это отличная возможность безопасно попробовать разные активности и понять, что подходит и нравится именно тебе. Можно попробовать пройти тесты или почитать про методики MBTI, DISC, Gallup и прочие, если совсем непонятно куда двигаться.

В современном мире очень много возможностей как для вертикального, так и для горизонтального роста, но мне всегда была близка стратегия фокусировки на своих сильных сторонах и зонах экспертизы, а не попытки быть средненьким специалистом, зато во всём и сразу. Мне потребовалось несколько лет, чтобы наконец признать, что могу не замечать мелкие ошибки в больших презентациях, если меня устраивает общее впечатление. Зато я могу разговаривать с клиентом на любом уровне, независимо от того, CEO ли это крупнейшей российской компании или владелец магазина цветов, который хочет продать свои первые букеты при помощи рекламных листовок.

Интервьюер Анастасия Шикунова