• A
  • A
  • A
  • АБB
  • АБB
  • АБB
  • А
  • А
  • А
  • А
  • А
Обычная версия сайта
ФКН
Книга
Наука и инновации XXI века

Харина О. А.

Т. 2. Сургут: Сургутский государственный университет, 2022.

Статья
Безуглеродное будущее

Евгения Прокопчук

Россия в глобальной политике. 2022. Т. 20. № 4.1(116). С. 110-116.

Глава в книге
Организация самостоятельной работы студентов с лексико-грамматическим материалом на старших курсах

Джайн Р. А., Киреева М. М.

В кн.: Японский язык в вузе: актуальные проблемы преподавания (Выпуск 24). Ключ-С, 2022. С. 52-58.

Препринт
Early childhood education in Russia: The interrelation of income level and parental investment

Seliverstova Y.

WP BRP: education. WP BRP 61/EDU/2021. WORKING PAPERS OF BASIC RESEARCH PROGRAMME, 2021. No. 61/EDU/2021.

Культурное поле битвы для Китая, Японии и Южной Кореи в XXI веке: борьба за глобальное и региональное лидерство в области нематериального культурного наследия (ICH)

Во вторник, 2 марта 2021 года, департаментом зарубежного регионоведения факультета мировой экономики и мировой политики НИУ ВШЭ совместно с Российской Ближневосточной Ассоциацией в рамках постоянно действующего онлайн-семинара «Актуальные вопросы региональных исследований» была проведена встреча с научным сотрудником департамента зарубежного факультета мировой экономики и мировой политики НИУ ВШЭ Эриксом Варпаховскис. Тема встречи: «Культурное поле битвы для Китая, Японии и Южной Кореи в XXI веке: борьба за глобальное и региональное лидерство в области нематериального культурного наследия (ICH)»

Модератором семинара выступил Садыгзаде Мурад, Президент Российской ближневосточной ассоциации, помощник руководителя департамента зарубежного факультета мировой экономики и мировой политики НИУ ВШЭ. 

Доктор Эрикс указал, что понятие нематериального наследия возникло в 2006 году. Именно в то время была принята соответствующая конвенция, которую ратифицировали 30 стран. В рамках этой Конвенции было дано определение нематериального культурного наследия, которое включает в себя практику, представления, выражения, знания, навыки, а также связанные с ними инструменты, предметы, артефакты и культурные пространства, которые общины, группы и, в некоторых случаях, отдельные лица признают частью своего культурного наследия. 

Сегодня, как отметил Доктор Эрикс, конвенция принята и ратифицирована 180 странами. Эксперт также упомянул о двух списках, посвященных нематериальному культурному наследию существующих в рамках ЮНЕСКО. Если государство желает объявить свое культурное наследие нематериальным, то у него есть 2 пути. Первый список состоит из элементов нематериального наследия, которые, по мнению заинтересованных общин и государств-участников, требуют срочных мер для их сохранения. Второй состоит из тех элементов нематериального наследия, которые помогают продемонстрировать разнообразие этого наследия и повысить осведомленность о его важности. 

Один из вопросов, который подчеркнул эксперт, - это довольно небольшой бюджет Организации. На его счету всего 7,8 миллиона долларов. 

Доктор Эрикс отметил роль Межправительственного комитета по охране нематериального культурного наследия. Основной функцией Комитета является применение Конвенции. По оценке эксперта, по количеству объектов, внесенных в Список нематериального культурного наследия, сложилась тройка лидеров. Ими были и остаются Китай, Япония и Южная Корея. 

Вывод, который можно сделать из исследования заключается в следующем. Китай, Япония и Южная Корея воспринимают ICH не столько как платформу и инструмент для защиты нематериального культурного наследия своих собственных и других государств-членов, сколько как инструмент для определения культурных различий и предотвращения культурного присвоения. Более того, эти государства используют ICH для влияния на международной арене и других внутриполитических и внешнеполитических целей. 

Доктор Эрикс ответил на все вопросы участников. 

Ссылка на видеозапись мероприятия: https://youtu.be/LbDMDQD7wLA